Текст песни Akmal’ - Раневская
Серебром твою покрыла голову, а дальше тишина
Как Раневская играла — ты бы так же не смогла
Ты же будешь писать мне письма?
Скажи, ты будешь писать мне письма?
Дай докурю, дай допью за тобой
Сопротивление бессмысленно!
Зачем ты отпустила руку мою? Зачем, скажи?
Там, где окончен спектакль, реальная начинается жизнь
Чтобы не чувствовать ничего — я притворюсь статуей гипсовой
Люди, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
Чтобы не чувствовать ничего — дай докурю, дай допью
Но, мама, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
Я знаю, ты сама, ты сама
За себя, за всех, со всеми, но одна
А за окном Луна — твоя верная подруга
Одиночества слуга
Ты же будешь писать мне письма?
Скажи, ты будешь писать мне?
Но дай докурю, дай допью за тобой
Сопротивление бессмысленно!
Зачем ты отпустила руку мою? Зачем, скажи?
Там, где окончен спектакль, реальная начинается жизнь
Чтобы не чувствовать ничего — я притворюсь статуей гипсовой
Люди, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
Чтобы не чувствовать ничего — дай докурю, дай добью
Но, мама, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
Остановились часы, в полночь не бьют
Нет больше друзей, которые лгут
Трагикомедия — выход на бис
Занавес медленно падает вниз
Она не играла, она прожила всю эту пьесу
Так, как смогла. Зачем?
Зачем ты отпустила руку мою? Зачем, скажи?
Там, где окончен спектакль, реальная начинается жизнь!
Чтобы не чувствовать ничего — я притворюсь статуей гипсовой
Люди, прошу лишь одного
Чтобы не чувствовать ничего — дай докурю, дай допью
Но, мама, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
Чтобы не чувствовать ничего — дай докурю, дай допью
Но, мама, прошу лишь одного: похороните меня за плинтусом
О чём эта песня
Это монолог-прощание, где лирический герой говорит то с седеющей матерью, то с самим собой, и вся песня держится на театральной метафоре: жизнь — спектакль, занавес падает, «там, где окончен спектакль, реальная начинается жизнь», а «трагикомедия — выход на бис» звучит почти как поминки. Раневская здесь не биография, а образ актрисы, которая «не играла, она прожила всю эту пьесу», — и этой невозможной планкой герой мерит мать («ты бы так же не смогла»), одновременно по-детски умоляя: «ты же будешь писать мне письма?» и «зачем ты отпустила руку мою?». Настроение — горькая усталость с надрывом: сигарета и стакан («дай докурю, дай допью за тобой»), луна как «верная подруга», остановившиеся в полночь часы и желание окаменеть, «притвориться статуей гипсовой», лишь бы ничего не чувствовать. Рефреном бьётся «похороните меня за плинтусом» — отсылка к известному названию Санаева, превращающая детскую обиду в трагикомическое заклинание, — так что под театральным гримом и бравадой («сопротивление бессмысленно») остаётся одно: боль брошенности, «одиночества слуга».
Комментарии